Сейчас, после "Ганнибала", малоизвестного "Охотника на людей" и его выходящего на экраны ремейка "Красный дракон", а также после пяти премий "Оскар", невесть как доставшихся в свое время этому фильму о маньяке, добротный триллер Джонатана Демме "Молчание ягнят" приобрел едва ли не культовый статус. Сейчас, когда фильм уже успел стать эталоном в своем жанре (о чем говорят неоднократные пародии и стилизации), на фоне многих современных триллеров он по-прежнему удивляет своей нетривиальностью.

Помимо необычайно качественно отгранных персонажей и ситуаций, он удивляет, прежде всего, неожиданно глубокой психологической петлей, затянувшей студентку-ФБРщицу и каннибала Лектера, и в течение двух часов затягивающей и зрителя. Основанием психологизма, как ни парадоксально прозвучит, становится профессиональный интерес Лектера (в прошлом — титулованного психиатра) к внутреннему миру своих пациентов, к их страхам и вожделениям. Лектер, во время первой встречи очень хорошо давший понять Клариссе, какая она пустышка и провинциалка, тем не менее, заинтересовался ею, и вряд ли виной тому — восьмилетнее заточение в клинике доктора Чилтона. Демме подчеркивает отчасти рыцарское отношение психиатра к своей гостье его нарочитой вежливостью и... помните, что стало с Миггсом?.. Да и Кларисса не уступает ему — именно она догадалась об имени-анаграмме, подачке, которую Лектер выменял на свою свободу, она свела воедино подсказки, сделанные криминальным талантом доктора, чтобы найти Баффало Билла. И именно она, не убоявшись предостережений шефа, открывает Лектеру свой самый жуткий страх детства, пускает его в святая святых своей души, куда мечтает добраться каждый психоаналитик. И этой ценой покупает последнюю подсказку.

Кви про кво. Кто вместо кого. Классический смысл этого латинского выражения (путаница, недоразумение, когда одно лицо принимают за другое), несколько измененный в нашем переводе, приобретает еще одно значение — что получит Лектер за помощь следствию, за открытие личности маньяка? Кларисса предлагает себя, свою откровенность, свою тайну, свой страх, чтобы спасти другую, похищенную убийцей девушку. Примечательно, что детский страх Клариссы также не был связан с опасностью, грозившей непосредственно ей: она хотела спасти одного из стада ягнят, приготовленных на забой, мучимая их жалобным криком... Метафора "молчания ягнят" — "спасение чужой жизни", становится немым девизом будущего агента ФБР.

Невысказанной осталась еще одна вещь, описанная классиками психоанализа. Это — т.н. "перенос", любовь к родителям, перенесенная пациентом на личность врача, которая возникает в процессе сеансов. Иногда перенос бывает и двусторонним... Джонатану Демме, в отличие от Ридли Скотта, хватило такта оставить это, так сказать, "растворенным в воздухе", и не заставлять героев по-рыцарски рубить конечности.