Больше десяти лет потребовалось кинематографистам, чтобы подступиться к полноценной экранизации лучшего, наверное, романа Андрея Константинова "Журналист". С момента выхода в свет книга пережила двенадцать переизданий. Гремели подробно описанные им бандитские войны Петербурга, менялся изученный вдоль и поперёк криминальный мир России. В конце концов, имя самого Константинова стало "авторитетным" в медийных кругах. Не являясь по образованию журналистом, свою самую личную книгу Андрей озаглавил так, как озаглавил. И, наконец, пришло её время.

Главный герой "Русского перевода" – Андрей Обнорский, практически списан с автора романа, оставившего ему своё имя (кстати, Константинов – псевдоним, настоящая фамилия писателя Баконин). В 1984 году по окончании четвёртого курса восточного факультета ЛГУ, его в качестве переводчика отправили в Южный Йемен, погрязший в гражданской войне. И далее – точь в точь как в телефильме. Формат мини-сериала позволяет создателям достаточно подробно остановиться на всех вехах биографии Обнорского / Константинова: 1-4 серии он в десантной бригаде йеменского спецназа ГРУ, 5-8 серии на авиабазах в Ливии.

Позже в творчестве Константинова Обнорский стал самым популярным героем, он фигурировал в двенадцати книгах, а также стал ведущим персонажем в цикле новелл "Агентство Золотая пуля". Но всё это уже беллетристика. Здесь, в "Русском переводе", мы видим Андрея юнцом-арабистом, постепенно, последовательно перерождающегося в солдата-интеллектуала с удивительными романтическими взглядами на свою страну и роль спецслужб, военных и политиков в ней. Обнорский знакомится с жизнью там, где она обижена на смерть за то, что та долго не приходит. Из-за парты филологической кафедры – в африканскую страну, раздираемую межэтническими переворотами, из секции самбо – в руки палестинского инструктора.

На роль Обнорского авторы сериала пригласили малоизвестного 33-летнего Никиту Зверева, окончившего мастерскую Петра Фоменко в ГИТИСе и принятого во мхатовскую труппу Олега Табакова. Для него это первая главная роль в кино, пусть и телевизионном. Выбор в пользу незнакомого лица – логичен. Мы уже знаем Обнорского в исполнении Александра Домогарова ("Бандитский Петербург") и Андрея Соколова ("Агентство Золотая пуля"), однако там он уже в рамках последовавшей литературной мифологии, тогда как "Русский перевод" начинает рассказывать его историю с нуля, с чистого листа.

Очевидно, что Зверев успешно занимался перед съёмками не только со специалистами-переводчиками из Военного института иностранных языков, но и изнурял себя физическими нагрузками. Молодой, дерзкий, накачанный и при этом дружественный, обаятельный и принципиальный. Однако, при всех внешних положительных характеристиках (произношение арабского, физическая фактура, симпатичная внешность, за которую его произведут в статус "секс-символа" все девочки, заставшие этот фильм на экране Первого канала), напрашиваются основательные претензии собственно к игре Зверева в той части, где его персонаж не взаимодействует с другими. Не ощущается высоких токов его мыслительного напряжения. Довольно аморфно он проявляет себя как в йеменской дуэли по поводу пропавшего оружия, так и в расследовании гибели своего друга в ливийской части фильма. Закадровый текст, комментирующий соображения Обнорского, - слишком простой ход.

В сценах же, где Андрей общается со своими сослуживцами, Зверев напротив – оставляет приятное впечатление. Актёры – среди них Иван Моховиков и Антон Эльдаров, "взятые напрокат" у телесериала "Солдаты", а также заслуживающий упоминания за тёплый отеческий образ майора Дорошенко с его украинским акцентом Сергей Селин, играют те взаимоотношения, которые складываются только на фоне реальной войны. Играют парней с искренними улыбками и бессмертной моралью, желающими друг другу только удачи. К сожалению, многие быстро изменяют мирным ценностям, что раздражает в глубине наивного, непроницаемо положительного Обнорского, идущего своей извилистой дорогой – от мечтательного порога петербургского университета, через раскалённую йеменскую пустыню, напитанную кровью, через госпиталь, и новую опасную командировку на Ближний Восток, где он уже не просто переводчик, а негласный агент спецслужб.

Сценарий "Русского перевода" принадлежит перу знаменитого Эдуарда Володарского, работавшего с Никитой Михалковым ("Свой среди чужих, чужой среди своих") и Алексеем Германом ("Проверка на дорогах", "Мой друг Иван Лапшин"). Во многом, он выправил прямолинейную прозу Константинова, на момент написания книги, всё-таки, ещё незнакомого с профессиональными драматургическими приёмами. Для киноадаптации этого было, несомненно, мало. Володарский, будто змеёй на красном песке, очертил события и героев по темам и обстоятельствам, и мы без проблем следуем за основными интригами двух частей сериала, не отвлекаясь на лирические отступления, при этом принимая их во внимание. События эти распределены по фильму довольно тонким слоем. Хочется, чтобы они происходили интенсивнее, но формат не позволяет разгуляться зрительскому азарту. Всё – подробно, шаг за шагом, никакой спешки, почти на восемь часов.

В свою очередь, Игорь Корнелюк доказал, что успех его саундтрека для "Бандитского Петербурга" не был случайным. Будто музыкальный программист, он заложил в главной теме "Русского перевода" простые драматические и эмоциональные нюансы, запросто узнаваемые при первых же аккордах. И, прямо скажем, совершенно неожиданно слышать в песне от Корнелюка... речитатив! Исполняет его Павел Остроумов, а беспросветно грустный голос девушки, ожидающей своего солдата, получив от него полное надежды на возвращение домой письмо, принадлежит Нине Ведениной.

Оператор Даян Гайткулов и художник Сергей Гудилин – супермены "Русского перевода". В кадре полная достоверность и иллюзия присутствия во временах двадцатилетней давности. Йеменские съёмки проходили в Азербайджане, а ливийские - в Тунисе. И везде команда фильма во главе с режиссёром Александром Черняевым, не ленилась. Поведение камеры фантастически прилежное. Она как паук, в роскошную визуальную сеть которого попадаются герои и происшествия с ними. Низкие кварталы Ливии с плакатами Каддафи на узких бедных улочках; чёрные шоссе Йемена посреди хищной пустыни с подбитыми легковушками и расстрелянными пассажирами; увенчанное сочной зеленью деревьев на фоне пепельного неба дождливое питерское кладбище.

Постановочный уровень "Русского перевода" находится на высоте полнометражной картины. И есть у него одно положительное качество, без которого просмотр показался бы крайне необязательным, – он не претенциозен. В фильме начисто отсутствуют вопросы и ответы, касающиеся судьбы страны на рубеже 1980-1990-х. Так, краткие реплики. Это субъективная история одного человека и государства в нём самом, Андрея Обнорского.