Джейк Грин сходит с ума – медленно, но верно; это понимаешь не сразу, ближе к финалу. Поначалу фильм вообще настраивает на лихой криминальный лад – там орудуют бесчестные мафиози, боссы и шестерки, киллеры и шулера, а важней всех ловкий катала-мститель, с помощью незваных помощников устраивающий интригу а-ля недавний «Каратель». Затем загадочные помощники Ави и Зак, которых все почему-то боятся и которые творят, что хотят, оборачиваются парой метафизических загадок, и Грин все больше сомневается в адекватном мировосприятии. Под конец таинственный босс преступного мира мистер Голд, которого ждешь не меньше, чем Кайзера Созе, и вовсе оказывается ни много, ни мало психиатрическим диагнозом.

Грин сидел в тюрьме, в камере между виртуозным шахматистом и гениальным мастером «разводок», и читал серьезные учебники. Гай Ритчи тоже прочитал несколько умных книжек, от Макиавелли до Экклезиаста, и в свой фирменный коктейль добавил пару новых ингредиентов – психологию и философию. Коктейль оказался настойкой, настойка – марганцовкой. Марганцовкой мажутся, Ритчи заставляет принимать ее внутрь. Его творения как были, начиная с «Карт…», совершеннейшей дешевкой, мимикрирующей под традицию и культ, так ею и остались. Он отказывается от внятности, отчего нелепы сравнения с Тарантино, этим образцом внятных высказываний, и претендует на уровень более глубокий, до которого даже при своем росте не способен дотянуться. Как французский фирмач Ян Кунен, который тоже маскировал стразы под бриллианты в «Добермане», а затем замахнулся на метафизику в «Блюберри», Ритчи просто не понимает – лучшие экзистенциальные притчи на криминальном материале делал Мельвиль, а тому не нужны были ни хитромудрые сюжеты, ни внутренние монологи героев.

Ритчи, не способный внешний план переводить во внутренний, а потому пользующийся бесчестными уловками, останется не ювелиром, но фальшивомонетчиком, не игроком, но мастером «разводок». Это очевидно – когда в его короне стразов мелькает подлинная драгоценность, он словно и не видит. А драгоценность есть – это хладнокровный киллер Утилизатор, похожий на бухгалтера, вопреки обещанию боссу не сумевший справиться с собственными чувствами. И вот пожалуйста – ярчайший образ, характер на все сто, в развитии и кульминационном пике; при этом никаких психологических передергиваний, как с Грином и его врагом. А почему весь фильм не сделать вот таким шедевром?