Каждую экранизацию Шекспира начинаешь смотреть с опаской. Почему-то всё время кажется, что Шекспира легко испортить. И каждый раз убеждаешься, что великий текст испортить трудно. Приходилось, конечно, мучаться совсем уж бездарными толкованиями его пьес (вспомните "Берегись автомобиля" — "А не пора ли нам взяться за..."), но некоторые варианты и парафразы нагоняли скуку — самое страшное, что можно сделать с Шекспиром (пример — "Буря" Гринуэя).

"Сон в летнюю ночь" — одна из самых сложных комедий Великого Барда. Четыре (!) сюжетных линии, свитых в плотный клубок, четыре мира, практически не пересекающихся повседневно, но вдруг, в одну ночь, сплетённые волею Случая в одно целое... и тем не менее именно её экранизировали с завидной регулярностью, начиная с 1909-го года. И для кино, и для телевидения. И вот в 1999-ом году её ставят снова, в интересном, хотя и вполне объяснимом сочетании европейского производства и превалирования американских актёров: Кевин Клайн (Основа), Мишель Пфайффер (Титания), Руперт Эверетт (Оберон), Софи Марсо (Ипполита)...

Некоторое удивление, с самого начала фильма, вызвал перенос действия из Афин (шекспировских Афин, разумеется, не имеющих отношения к тем древним Афинам) в некий итальянский городок конца XIX века, с традиционно патриархальными нравами (иначе сюжет комедии теряет смысл), но уже появившимися велосипедами. Зачем Майклу Хоффману ("Один прекрасный день") понадобилось сажать героев Шекспира на вполне современные велосипеды — загадка, но, во всяком случае, шалун Пэк, похожий на нестарого Марка Захарова с симпатичными рожками (Стэнли Туччи), оседлавший велосипед при выполнении заданий Оберона — ну что же, забавно... забавно... Кстати, Пэк ведь традиционно изображался мальчишкой, проказником, а тут — седеющий шут.

Но раз уж речь зашла об актёрах, то этот фильм, безусловно, успех Кевина Клайна. Он играет ткача Основу настолько убедительно, и так же убедительно переигрывает, когда афинские ткачи занимаются самодеятельностью, и ставят "смешную трагедию" о Пираме и Фисбе, что дух захватывает. Он убедителен даже с ослиной мордой (забавно, что грим его в этот момент почти в точности совпадает с гримом Осла из советско-французско-румынского фильма "Мама", если кто его ещё помнит). Впрочем, хорошо играют все, и на фоне вообще заниженной планки актёрской игры в повседневно смотримом "Сне в летнюю ночь" — просто праздник какой-то. Это ощущение вызвано ещё и атмосферой итальянского городка, по улицам которого ходят до боли знакомые персонажи — итальянские рабочие, то ли мы знаем их по "Буратино", то ли, скорее, по "Чипполино", а может, по старым итальянским фильмам. И вот идёт Основа, готовый играть любую роль — от льва до Фисбы, только дайте! — и вдруг появляется его жена. Единственная реплика, которую она произносит: "Где мой муж? Где этот мечтательный бездельник?" — и больше ни одного слова. Но как сыграна, без единого слова, сцена прихода Основы домой, к жене!...

И музыка — постоянно звучащие мелодии из итальянских опер. Как ни странно, они великолепно ложатся в Шекспира. И мизансцены, декорации, свет — местами напоминающие осмысленный вариант бредовых видений Гринуэя. И отсылки к самым разным вещам — от "Золотого осла" Апулея до условного театра Брехта...

...фильм, безусловно, получился. И новшества, введённые в него, ничем не помешали. Что снова свидетельствует о том, что великий текст остается великим текстом, звучащим, кстати, как всегда — современно.