От надоевших, видимо, манхэттенских неврастеников и чудаков Вуди Аллен бежит в своем новом фильме в Англию, страну уравновешенных и пресных леди-&-джентльменов. Крис Уилтон, перспективный молодой человек, любитель оперы, живописи и большой литературы, уже ничем не выдает в себе тех еврейских рефлектиков, которыми полны "американские" фильмы Аллена. Столь же чинны и благообразны все Хьюитты, и истерикам подвержена единственная американка в фильме – Нола, словно переродившаяся из невротички Мелинды в предыдущей ленте мэтра. В результате, первый час зритель словно окунается в сонное царство бесконечных диалогов и дружеских взаимоотношений. Будто о скучных людях Аллен вознамерился рассказывать точно так же – скучно. Но пролезший в кадр Достоевский грозит нахально сломать идиллию товарищеского матч пойнта между Крисом и семейкой Хьюиттов и взбудоражить застоялое сюжетное болотце. Смешной и даже саркастичный Аллен появляется ближе к финалу, лента набирает немыслимые обороты и с головой увлекает зрителя в такую "скучную" историю. Метафора, явленная режиссером в первом кадре, оборачивается здоровым парадоксом, и в конце пустотелые герои вдруг обретают искомое внутреннее содержание. И все же Достоевский ни при чем – к нему фильм имеет отношение такое же, как "бергмановские" фильмы Аллена – к Бергману. Интрига, хоть и подобающе обставленная в духе русского писателя, больше напоминает "Американскую трагедию" Драйзера. Наверное, тоже хороший образец.