События в фильме происходят именно в таком порядке от конца к началу; способ, апробированный в триллере Кристофера Нолана "Помни". Но в отличие от интеллектуального нолановского паззла режиссёрское решение "Необратимости" кажется более концептуальным Гаспар Ноэ сначала вываливает на нас целый ряд шокирующих, жестоких сцен, включая знаменитую сцену изнасилования, а затем постепенно приводит к умиротворению, всё заканчивая безгранично идиллическим сном. В этом, собственно, и заключается основной посыл фильма если тщательно открутить "плёнку" событий в обратном порядке, даже в самых мирных ситуациях можно отыскать будущие ростки зла и насилия. Безусловно, Маркус, а, возможно, и Пьер, косвенно тоже виновны в том, что случилось с Алекс.
Та девятиминутная сцена, на которой у нас построили всю рекламу фильма, действительно способна шокировать и даже смертельно напугать особо чувствительных зрителей; наша предварительная осведомлённость о том, что должно произойти, не уничтожает, а напротив, усиливает эффект этой сцены. Когда героиня долго и медленно спускается в тёмный, узкий переход, напряжение вырастает невероятно; подобное даже не снилось каким-нибудь "Забавным играм" скучного и претенциозного Ханеке.
Примечательно, что на роль Алекс режиссёр намеренно выбирает Монику Беллуччи; без неё лента наполовину лишилась бы своего смысла. Беллуччи сегодня один из эталонов женской красоты в современном кинематографе; мужчины-зрители должны испытывать смешанные чувства, наблюдая, как на экране насилуют и разрушают эту притягательную плоть.
Ноэ сделал неслабый фильм, но и без фальшивых нот не обошлось. Помимо исследования на тему насилия, он пытается затолкать в него некий философский подтекст, выраженный в начале и в конце фразой "Время разрушает все". Но подобное отвлечённое мудрствование слабо вяжется с крайним натуралистическим изображением и больше подходит тому же "Помни".
По иронии судьбы, новый шокирующий рассказ о том, что насилие порождает насилие, некоторые обвинили во всех возможных грехах в подстрекательстве, расизме и гомофобии. Определённо, избранная Гаспаром Ноэ манера изложения пришлась по душе далеко не каждому.