На вид очень старомодное кино, как бы специально «для пожилого любителя импортных детективов». На самом деле жанр лишь местами и во время развязки перевешивает фильм как повод поговорить о чем-то живом. «Живое» – отнюдь не вопрос, «чем кончится». На сей раз это также не монтаж погонь и расследований, а сама расстановка фигур на «шахматной доске». Как они выточены, из какого материала, нужны ли им высокотехнологичные добавки…

Самому судебному триллеру добавки, скорей, нужны, но среди «фигур» снова всех сделал Энтони Хопкинс, причем перевернул сюжет. Сюжет-то – как старый инженер (в том числе «человеческих душ») играл в кошки-мышки с помощником окружного прокурора, благодаря чему тот из мальчика-мажора стал серьезным игроком. Попутно читается проповедь про правила игры: «Закон есть закон, жизнь – борьба за справедливость», и все прямым текстом, без намека на юмор. Это тяжело, но, в общем, мальчик-мажор все же начал шевелить пустотами и нашел, что давно нужно было найти.

Так вот в видимом изображении сюжет совершенно другой. Хопкинс, конечно – снова Ганнибал Лектер, только на новом этапе. Он жив еще и теперь мясу предпочитает яйца. Куриные яйца с былой дедушкиной птицефермы. Как «старый муж» Хопкинс не снес оскорбления ложью и глупостью и ответил адекватно. Как актеру ему достаточно нескольких немногословных контрастных крупных планов, чтобы быть остроумней всех и быть правым, и в стареньком триллере вести речь о метафизике типа духовного самоубийства. Один взгляд на добежавшего в клинику Райана Гослинга в самый момент «отключки» – все, смерть. Не жены, его собственная. Всего полчаса назад в камере и далее в суде был так доволен жизнью – живее всех живых…

Конечно, рядом с такой махиной Гослинг вчистую проигрывает – и как актер, и как мальчик-мажор. То есть в «Фанатике» Генри Бина в одиночку он был на месте, а в сравнении с Хопкинсом сразу видно, что ни опыта, ни харизмы. Вот если бы в «судебную дуэль» изначально вступил не он, а сам окружной прокурор, то при исполнении роли супер-харизматичным, опытным Дэвидом Стрэйтерном («Доброй ночи и удачи») «дуэль взглядов» могла бы состояться. Но мешает и сценарная проблема – у «мажора» меньше всех поведенческих мотиваций. С чего бы радостному конформисту, чье самолюбие вдруг задели, перемещаться в плоскость правдоискательства? Вот просто так, на Библии он поклялся. Лишь одну сцену – с кнопкой мобильника – Гослинг сыграл блестяще, но это актерский этюд, а не логика персонажа, который взят не из жизни, а из чистой политкорректности.

Со своим персонажем совпала лишь Розамунд Пайк («Умри, но не сейчас» ). Ей написали «оттенять политкорректного героя прагматикой», она сыграла, а оказалось – ей написали правду. «Он же хочет ее убить!!! – Какое до этого дело нашей компании?». То есть, если смотреть «Перелом» с чистого листа, без лишних слов и гражданства США, сюжет его вовсе не о торжестве справедливости, сиречь «американского законодательства». Закон – лом, фетиш, жупел и надгробная плита серости и бездарности. Финал ей вполне адекватен. Никакого изящества, изобретательности, никаких механических игрушек. Глаза у Хопкинса погасли не от чего-нибудь, а от скуки. Сюжет – о том, что «королевство маловато, разгуляться негде».

Премьера в России – 5 июля 2007.