Но если бы То интересовала строго историческая величина, его фильмы оказались бы нужны немногим. Несмотря на острую наблюдательность, он остается в своих работах и чудесным романтиком, и блестящим визуалистом. Пролог фильма пропитан и неслезливой сентиментальностью, и мудрой неспешностью созерцателя-философа. Четыре киллера встречаются у дверей того, которого они должны спасти-уничтожить. Вместо того, чтобы палить друг в друга, они устраивают передышку – рукам, ногам, своим пистолетам. Сидят и просто ждут. Это потом мы узнаем, что всех четвертых связывают давние дружеские связи. А пока – ожидание, в котором нет напряжения грядущей бури, а есть – неспешность, степенность, понимание необратимости собственных поступков. Весь кодекс чести «мафиозных» фильмов, все понятия о долге, дружбе, об ответственность перед собой – все в нем, в прологе.

А затем То погружает нас в балетные перестрелки, в бесконечные картины застывших фигур перед броском, в то, что напомнит нам совсем не Джона Ву и других его коллег, а безупречные, невероятные дуэли Серджио Леоне. Но протяжные, вытянутые до горизонтов, стремящихся к бесконечности, дороги, по которым бредут герои, снимают эффект жанра боевика как такового. Для Джонни То эти дороги важны не меньше, чем балет пуль и тел. Дорога – и есть сама История, каждый выстрел – ее непростой и непредсказуемый поворот. Пока Джон Ву заполоняет кадр голубями, его коллега мыслит куда более масштабными метафорами. Он – самый элегантный историк, скрывающийся за маской постановщика боевиков.

Премьера в России – 13 марта 2008 (ограниченный прокат).