В 1999 году французский режиссер Бруно Дюмон получил Гран-При Каннского фестиваля за фильм «Человечность». В этом году он повторил свой успех, удостоившись второго по значимости приза главного европейского киносмотра за драму «Фландрия». И это решение каннского жюри выглядит абсолютно справедливым, а главное практически лишенным какой-либо конъюнктуры, что в последнее время стало редкостью для большинства крупных фестивалей.

Да, тема нестабильности на Ближнем Востоке по-прежнему остается сверх-актуальной. И отрицать ее присутствие во «Фландрии» бессмысленно. Войне в неназванном, но явно относящемся к арабскому миру государстве отведен довольно большой процент экранного времени. Боевые сцены сняты не только масштабно – вертолеты, взрывы, уличные перестрелки, но и предельно натуралистично. Дюмон не боится крови и сознательно шокирует зрителя. При этом режиссер не собирается романтизировать войну. Он показывает всю ее бессмысленность и беспощадность, как это и принято у его европейских коллег. Солдаты у Дюмона совсем не герои. Это обычные напуганные люди, которые просто пытаются выжить на чужой враждебной земле. Удается это, кстати, немногим.

Но война в этом фильме не главное. Она нужна лишь для того, чтобы зритель мог острее прочувствовать драму, происходящую в обыденной жизни. Ближний Восток же появляется по понятным причинам. Согласитесь, было бы нелепо, если бы фермера Андрэ призвали на войну, например, между Францией и Бельгией. Вымышленная война может быть достоверной, только если она происходит в той части света, где сейчас на самом деле льется кровь.

Совсем недавно на экраны вышел фильм «Париж – я люблю тебя», гимн главному символу Франции, сложенный усилиями крупнейших мировых режиссеров. «Фландрия» – тоже гимн символу Франции, но не раскрученному на весь мир, а, наоборот, очень личному. Ведь это родина Дюмона, загадочную суть которой он так долго стремился понять. И его Фландрия отнюдь не райский уголок. Режиссер беспристрастен. Он ничего не скрывает от зрителя: грязь, покосившиеся заборы, обшарпанные дома. «Я снимал не Фландрию, а внутренний мир героев» – говорит Дюмон. И его персонажи именно такие – молчаливые, хмурые, со слякотью на душе.

Все роли в фильме исполнили непрофессиональные актеры, причем сделали это мастерски. Отсутствие знакомых лиц делает происходящее на экране болезненно реалистичным. Режиссер охотно работает с непрофессионалами, объясняя это тем, что они являются «именно актерами, а не интерпретаторами: свою сущность они выражают через действие». Герои фильма мало говорят, но много двигаются, и при этом почти не расходуют эмоций, приберегая все на финал. Особенно в этом преуспевает главный герой Андрэ Деместер, которого играет Самюэль Буаден. Фактически, Андрэ – человек равный нулю. Он присутствует при всех событиях, но никак на них не влияет. Бездействие – его способ выживать. Подруга Андрэ – Барб, в исполнении Аделаиды Леру, более активна. Она незримо связана с ритмами земли, на которой живет.

Дюмон показывает Фландрию во все четыре времени года. Осень для Барб – это расставание, зима – одиночество, весна – сумасшествие, а лето... Лето – это финал истории, в которой два человека любят друг друга, но не могут это озвучить. Финал простой и удивительно сильный. Возможно, именно за эти тридцать секунд Дюмон и получил свое – абсолютно заслуженное – Гран-При Канн.

Российская премьера в ограниченном прокате состоится 14 декабря.