• Фильм является римейком южнокорейского ужастика Кима Сунг-хо "В зеркале" (Geoul sokeuro) 2003 года.

• Продюсер Александра Милчан ("Короли улиц", "Право на убийство"), дочь известного голливудского продюсера Арнона Милчана, в этом проекте увидела возможность сделать многослойный психологический триллер в традиции великого кубриковского "Сияния" (1980). “Помимо оригинальной составляющей фильма ужасов, в той загадочности, которой окружены зеркала во многих культурах, есть что-то универсальное и интересное – основа для серьезной драматической работы”, - заявила Милчан.

• Французского режиссёра Александра Ажа ("Кровавая жатва", "У холмов есть глаза") пригласила лично Милчан. “Я искал проект, который позволил бы мне исследовать страх с новой стороны. У каждого есть определенные отношения со своим отражением", - размышляет Ажа. - “Мы над этим особо не задумываемся, но это так. Некоторым людям нравится глядеть на себя в зеркало, другим это неприятно. Зеркало может показать нам травмы и истины, которые существуют в нашем подсознании и лишь ждут, когда их обнаружат”.

• В свою очередь Кифера Сазерленда, исполнителя главной роли, привлекло сочетание хоррора и настоящей семейной драмы. “Алекс рассказал мне прекрасную историю. Ужасы – тот жанр, который всегда был мне любопытен, но что привлекло меня в этой истории, это то, что речь в ней идет о семье, которая отчаянно пытается понять, как им снова стать единым целым. Это о том, как получить еще один шанс. В этой невероятно тяжелой ситуации человек понимает, кто он есть на самом деле, и воссоединяется со своей семьей. Когда дела идут хуже некуда, он проявляет себя с наилучшей стороны. И это мне действительно понравилось”, - поясняет Сазерленд и добавляет. – "Я игрок. Мне нравится играть в карты, я делаю ставки, какая собака первая добежит до перекрестка, а на той встрече с Алексом у меня было очень четкое ощущение, что вместе мы сделаем что-то особенное. Я верил в это и очень счастлив, что оказался прав”.

• Сазерленд признаётся, что с трудом смотрит фильмы ужасов: "Как-то мы с дочерью смотрели "В Поисках Немо", и в тот момент, когда в лодке оказалась акула, я рассыпал весь поп-корн. Дочери тогда было десять и она смеялась надо мной”.

• В реальной жизни Сазерленд не любит зеркала. “У меня есть одно в ванной и, кажется, еще одно в гардеробной, просто чтобы быть уверенным, что я правильно подобрал носки, но помимо этого я не слишком то люблю разглядывать себя в зеркало. Очень непривычно постоянно смотреть на себя во время работы. Это был очень любопытный момент в создании этого фильма”.

• “Ты можешь ограничить себя собственным представлением о том, кто ты на самом деле, и видеть в своем отражении вещи, которые другие не видят – вещи, которые на самом деле не существуют”, - замечает Пола Пэттон, исполнительница роли Эми, сурпуги героя Сазерленда. - "Как больная анорексией, которая видит в зеркале толстушку, хотя на самом деле в нем отражается весьма худощавая особа. Это говорит о возможности нашего мозга создавать любое изображение, которое нам хочется увидеть, поэтому зеркала никогда не отражают нас абсолютно точно”.

• Почти полностью "Зеркала" снималимь в Бухаресте, Румыния, за исключением основных моментов натурных съемок, которые проводились в Нью-Йорке. Создатели фильма выбрали Бухарест из-за огромного здания Академии наук, массивной конструкции, заказанной лидером коммунистов Николае Чаушеску, которое осталось незаконченным после его смерти в 1989 году.

• Режиссер Александр Ажа решил сделать Академию декорацией для съемок зловещего, разоренного огнем универмага “Mayflower”. “Это здание настолько феноменально, что его невозможно воссоздать в декорациях”, - говорит Ажа, который за несколько лет до съёмок уже посещал это место. - “Атмосфера здесь настолько наполнена страхом и напряжением, что мы знали, мы снимем что-то действительно уникальное”. “Чаушеску запугал и измучил больше людей, чем, возможно, мы напугаем этим фильмом”, - дополняет Александра Милчан.

• Художник-постановщик Джозеф Немек III и его художественный отдел столкнулись с непростой задачей – превратить 20 000 квадратных футов голой архитектурной конструкции в руины роскошного универмага мирового уровня. От парадной лестницы до витрин – каждый момент обширного архитектурного плана нужно было спроектировать, скульптурно изобразить, изготовить и отделать за какие-то 12 недель – на 6 этаже заброшенной Академии, лифтов в которой нет. При этом нужно было обжечь огнем каждый дюйм универмага, как это произошло бы при выдуманном пожаре. Две бригады рабочих обжигали все, начиная со стен, полов, мебели и штор до полного набора “товаров” – включая одежду, часы, ювелирные украшения, товары для дома и косметику. Особое внимание уделялось размещению и разбору на составные части манекенов, которые напоминали бы о некогда оживленном и престижном месте, но при этом говорили бы о присутствующих в магазине злых силах. “Манекены создают ощущение, что в этом выгоревшем месте еще присутствует какая-то жизнь”, - объясняет Немек. - “Мы одели и установили их в очень реалистичные позы, а затем попытались поджечь и изуродовать, чтобы подчеркнуть трагедию жизней, пойманных в ловушку за зеркалами. Одного мы назвали Давид, поскольку он стоял в очень царственной позе, несмотря на то, что вся ткань на нем сгорела. Другого мы назвали Веснушка, потому что его покрытие расплавилось как символ того, что все эмоции внутри него полностью выгорели”.

• За стратегическим поджогом декораций последовало их тщательное тушение с помощью “водной бригады”. Затем художники добавили несколько слоев пятен сырости, чтобы добиться правдоподобного вида сгоревшего здания, которое разрушалось от дождя и отсутствия ухода в течение пяти лет. Кроме того, все декорации были посыпаны жжеными опилками, создавшими толстый ковер из сажи.

• “В Нью-Йорке есть компания, которая производит запахи, все что угодно – от грязных носков до свежих роз”, - говорит Немек, который обычно наполняет свои декорации запахами, соответствующими каждому месту. - “Но в данном случае мне не пришлось их использовать, потому что мы сами создали "запах сгоревшего здания"!

• Размеры съемочной площадки и мрачный сумрак, которым она должна быть окутана, сделали непростой задачу оператора Максима Александра ("У холмов есть глаза"). “Это бесспорно самая большая натурная площадка, на которой мне приходилось ставить свет, при этом она окружена черными стенами”, - говорит он, обращая внимание, что единственными источниками реалистичного дневного света в помещении являются большие окна у главного входа в универмаг и отверстия, проделанные в остеклении купола погодой и временем. - “Мы использовали очень яркие, мощные источники света, чтобы "отклеить" силуэты и предметы один от другого и чтобы создать определенную глубину пространства и расстояние между актерами, зеркалами и их отражениями”.

• Декоративные 30-футовые зеркала, украшающие стены “Mayflower”, были размещены так, чтобы еще больше расширить пространство и отразить заполнившую его атмосферу ужаса, гибели и разрушения. Но с практической точки зрения съемки фильма среди зеркал – это ночной кошмар оператора. “Если будучи главным оператором вы получаете сценарий с названием "Зеркала", это как страшное табу”, - говорит Александр. “Каждый кадр – это риск, когда вы ставите камеру перед зеркалом. Вы всегда находитесь на границе своего отражения”. Это особенно верно применительно к съемкам этого фильма, поскольку Айа и Александр пошли гораздо дальше зеркал, создавая кадры, запечатлевавшие отражения на самых разнообразных поверхностях – окнах, телеэкранах, конструкциях из нержавеющей стали, картинных рамах, на полу, в воде – одно сложнее другого.

• Для удобства съемки сцены затопления дома Карсонов и съемки отражений на поверхности воды команда Немека установила декорации, изображающие их скромное жилище, на цистерне с водой, используя стены из стекловолокна и герметичное напольное покрытие, в которое можно было набирать и спускать воду при необходимости. (Для пола Немек выбрал темные цвета, чтобы усилить отражающий эффект.) Съемные элементы покрытия использовались для ключевого эпизода, в котором юного Майкла Карсона втягивает его отражение, и он исчезает в тонком слое покрывающей пол воды.

• На Сазерленда пребывание в Бухаресте произвело большое впечатление. “Возможно, Румыния это развивающаяся страна с нашей точки зрения, но при этом она занимает одно из первых мест в мире по образованности населения, где уровень грамотности составляет 97%”, - отмечает он. - “Пробегающий мимо пятилетний ребенок может обыграть меня в шахматы. Здесь живут талантливейшие писатели и режиссеры. Румыния только что получила “Золотую пальмовую ветвь” в Канне и вошла в Евросоюз. Да, она борется за то, чтобы найти свое новое место в мире. В ней происходят значительные изменения, как политические, так и экономические. Пребывание здесь оставило массу впечатлений. Повлияло ли это на съемочный процесс? Конечно”.

• Наряду с попытками снять отражения новым и увлекательным образом создатели фильма старались выполнить максимально возможное количество визуальных и специальных эффектов практическими средствами, а не с использованием большого количества цифровых эффектов на этапе монтажа. Один из самых мрачных образов фильма – когда отражение актрисы Эми Смарт, играющей сестру Бена Анжелу, заставляет ее оторвать челюсть от своего лица – был выполнен при помощи искусного протезного грима, созданного Майком МакКарти и Джареми Айелло из студии “K&B Effects” ("У холмов есть глаза", телесериал “24”). “Мы неделями не спали, думая, как же сделать так, чтобы казалось, что у этого персонажа больше нет челюсти”, - признается МакКарти. - “Чтобы было от чего отталкиваться, я нашел фотографию времен Гражданской войны, на которой был изображен солдат, которому снесло челюсть пушечным ядром, но выглядело это действительно как подделка. Мы также искали в газетах, в которых не запрещены цензурой “кровавые” фотографии, но все реальные изображения казались подделками”. “Если бы мы изобразили это так, как оно действительно выглядит в реальной жизни”, - добавляет Айелло, - “люди бы сказали "Ну и глупость!”

• Постановка огненного взрыва секретной “Зеркальной комнаты” включала в себя подрыв сложной головоломки из зеркал размером 10 на 6 футов с помощью взрывчатых веществ направленного действия, и организацию рушащегося вокруг Бена Карсона туннеля, по которому он бежит, спасаясь от гнева Анны, могучего демона, освобожденного взрывом. Задачей первостепенной важности была безопасность, поскольку Кифер Сазерленд настаивал на выполнении большинства трюков самостоятельно, включая битву Карсона с Анной и его ненадежный путь к спасению через огонь, бурлящую воду, многочисленный взрывы и летающие вокруг него обломки. “Самым важным было соблюдать синхронность”, - говорит режиссер специальных эффектов Джейсон Трафтон. - “Кифер хотел быть в самом центре событий, чтобы пламя буквально лизало ему уши. Расчет времени с его стороны был всегда точным, начиная с репетиций до каждого дубля, и синхронность со стороны моей команды также всегда была безупречной”.

• То, что многочисленные сложные визуальные и специальные эффекты фильма были выполнены при минимальном использовании цифровой обработки, является свидетельством креативности и мастерства Ажа и его съемочной группы. “Алекс – гений стиля, и у него прекрасный ритм, держащий зрителя в напряжении”, - говорит Сазерленд. - “Если большинство людей стоит посреди дороги, он всегда станет слева или справа. У нас одни и те же идеалы в отношении развития повествования, и я ему полностью доверяю. Это была одна из самых значительных совместных работ в моей карьере, и этот опыт очень важен для меня”.