Целыми днями Окви спасается от сна, для чего жует листья растения, обладающего свойствами наркотика, и нетрудно представить, что может привидеться человеку, находящемуся в состоянии перманентной бессонницы и наркотического опьянения. А если учесть, что выловленное эмигрантом в унитазе сердце — явление, по сути, до крайности сюрреалистическое, покрепче уха в линчевском "Синем бархате", то сложив подобные обстоятельства воедино, можно получить по-настоящему нестандартную историю раздваивающейся, разваливающейся на глазах реальности. Для этого способствует даже главное место действия — со времён коэновского "Бартона Финка" отель способен видоизменяться, приобретая мистические очертания адова пространства.

Фильм, тем не менее, снимал не Линч и не Коэны, а Стивен Фрирс, режиссёр уверенно чувствующий себя исключительно в экранизациях и реалистических историях и теряющийся перед любым движением в сторону от реальности — вот почему мелкотравчатой у него вышла обновлённая история Джекила и Хайда в "Мэри Рейлли". Поэтому с "Грязными прелестями" он поступил проще — никаких сдвигов. Окви — не просто эмигрант, он дипломированный врач, отличный игрок в шахматы, беглец от нигерийского правительства и вообще "облико морале"; такой не спутает сердце ни с другим органом, ни с чем-нибудь ещё. Пусть он днями поглощает наркотики, это никак не запятнает его светлой репутации. И Шинай пусть днями скрывается от полиции, нарушает требования эмигрантских служб и ворует, даже не смотря на изнасилование, к концу фильма она останется чистой и невинной. Неудивительно, что неизвестный Чиветель Эджиофор и прославленная Одри Тоту, предлагающие лишь стандартный пакет положительных эмоций, кажутся малоинтересными и на фоне главного антагониста проигрывают.

Напротив, Серхи Лопес — классический злодей, из редких актёров, которые умеют не просто отыгрывать свою роль, но и наслаждаться ей. Он, пожалуй, единственный, на кого здесь интересно смотреть. Хуан слегка гротесковый, чуть карикатурный мерзавец, и актёр тонко чувствует явный сказочный, невсамделишный подтекст и роли, и всей истории.

Однако в интервью Фрирс пытался убедить, что его фильм о тех, кого англичане (надо думать, не только они) обычно не замечают, не понимая, что реально вся экономика страны держится именно на них. Эмигранты — вот те скромные, невидимые труженики, которые готовы вкалывать за гроши и позволяют помыкать собой. Не исключено, что изначально сценарий об этом и был написан, не зря в своё время фильм порывался снять Дэмиан О"Доннелл, которому тема особенно близка после комедии "Восток есть Восток" — о семье лондонских эмигрантов из Пакистана. Однако нигериец, турчанка, русский — шаблонный набор во всех смыслах положительных беженцев, помимо которых режиссёр ничего больше предложить не может. Лента оборачивается смотрибельной, но банальной и плоской драмой без тени двусмысленности и сложности представленной темы, её финал разочаровывает, а создатель кажется представителем сообщества недалёких, либералистски настроенных граждан, во имя абстрактных гуманистических представлений готовых оправдывать всё, что угодно, от терроризма до незаконной эмиграции.

Фрирс утверждает, что в "Грязных прелестях" всего понемногу от каждого жанра — триллера, мелодрамы и социальной драмы. На деле же, фильм находится за пределами всех этих жанров и не принадлежит ни одному из них. Это ни триллер, ни романтический рассказ, ни толковое социальное исследование. Это кино, схожее с одной из своих жертв — существо, у которого удалили почку или сердце, рану зашили и заставили продолжать судорожное существование.