«Оборотни» - отличный пример того, что мэтры ужасов со временем теряют хватку также, как именитые комедиографы. Кажется, ни Крэйвен, ни Карпентер, ни их итальянские коллеги Ромеро и Ардженто в последние годы не сделали ничего путного. С Крэйвеном особая история – в 80-х он был ответственен на В-ужастики, но с тех пор его творения прочно вошли в жанровый фонд. А в 90-х он делал безнадежные перепевы своих прежних достижений, вдруг снимал «мыло» вроде «Музыки сердца» или хватался за модные сценарии Кевина Уильямсона, якобы взорвавшего жанр изнутри; результатом стал мастеровитый «Крик», снятый так же, как Стоун снял «Прирожденных убийц» по сценарию Тарантино; потом были два средних сиквела. Неудивительно, что следующий фильм Крэйвен выдал на-гора через четыре года, все это время что-то переделывая и переснимая – уверен, сказывался не только продюсерский диктат, но творческое бессилие и неуверенность. «Оборотни» наглядно демонстрируют, как утративший актуальность режиссер и оказавшийся «халифом на час» сценарист отчаянно тасуют жанровые клише и стереотипы, пытаясь высечь новую искру, но итогом становится дистиллированный молодежный ужастик, уже по выходу не претендующий ни на модность, ни на культовость. Это особенно плохо, если вспомнить, что еще «Кошмар на улице Вязов» был нахальным приветом постмодернизму от масскульта и резво, иронично выбил перину из реальности и вымысла.

Здесь же Крэйвен неохотно и безо всякого желания отдает должное классике ужасов, помещая один из ключевых фрагментов сначала в зал с фигурами знаменитых монстров (от Дракулы до Человека-волка), а потом заставляет героев теряться в зеркальном лабиринте, то есть блуждать меж собственных отражений. И так же нехотя подкидывает другие запланированные несуразицы – оборотень играючи превращается в человека и обратно по собственному желанию; его нельзя убить серебром, а можно, как горцу, отсечь голову; действие становится настоящим детективом по принципу «кто оборотень?» и соклассник Джимми оказывается скрытым геем так же, как Джимми – оборотнем (хохма, до выхода постаревшая лет на десять). Все это работает через раз, если не реже, временами не страшно, но страшненько (вечный мастер вервульфов Рик Бэйкер свое дело знает), иногда смешно. Результат удручающий – одноразовый, как кондом, фильм, полный жидкости, впрыснутой не туда, куда надо, а потому бесплодный и лишенный всякого животворного начала.