Вот и получается, что истинно богатый человек – не тот, кто действительно готов заплатить любую цену за достижение своей мечты, а тот, кто разумен достичь её без такой оплаты (афоризмами фильм не беден). Сценаристы ведь далеко не смотрят, а мы легко. По-вашему Колчин должен гордиться титулом чемпиона мира по боксу, завоёванного в условиях, когда Вика провела несколько дней в камере у мексиканского наркобарона, лакая еду из собачьей миски? Ясно, что Алексей Сидоров не чужд экстремальной эмоциональности, только настоящий мужчина так подставлять не должен. Тогда как настоящая женщина – по природе своей волшебница – призвана смириться с мужественным решением избранника. Вообще, всё это началось ещё с Ясона, Медеи и золотого руна. Разница только в том, что сегодня на золотом руне светится гравировка боксёрских ассоциаций.

Теперь, спустя два года после первой серии, можно вспомнить, что в первоначальном авторском варианте её сценария Колчин погибал. Но продюсер Рубен Дишдишян не был бы главой самой преуспевающей кинокомпании России, если бы не уговорил Сидорова разрулить финал так, чтобы зрители взмолились о сиквеле. Ну, раз продолжения "Бригады" не будет, то пусть будет продолжение "Боя с тенью". И билетов продали на $8.5 миллионов, что превысило бюджетные затраты в два раза. Теперь в два раза выше и сам бюджет ($6 миллионов), позволивший создать высоковольтный экшен длиной в фильм "12"! Алексей Сидоров договорился с темнокожими братьями из знаменитого Южного Централа, чтобы те обеспечили тишь да благодать вокруг боксёрского зала, в котором по сюжету тренируется Артём под началом Дозера из "Матрицы" (Энтони Рэй Паркер). И дело было сшито.

Стиль "Боя с тенью 2", как и его первоисточник, напоминает то, чем занимается модельер Денис Симачёв, очень популярный на Западе, сочетая в своих миланских коллекциях гжель, меховые шапки, колосья советского герба и прочий китч. Расходится на "ура" и все ломают голову, как это назвать – интерклюква, неофольклор? Но русская тема всю жизнь раскрывалась в крайностях, как и пресловутая наша душа. Либо в легкомысленном стёбе, либо в высочайшем искусстве. Либо в смешных голливудских "Докторе Живаго", "Анне Карениной", "Войне и мире", либо в духовных творениях Андрея Тарковского, Александра Сокурова и Никиты Михалкова. И вот когда мы сами оказываемся в силах поиграть на собственной национальности – это отличный, сильный признак. (Как актуальная проекция – твёрдый рейтинг телешоу "Наша Russia").

Куда же нам с этим признаком, как не в колыбель этнического глумления – в Америку. Почти вся натура запечатлена в Лос-Анджелесе, куда Колчину звонит его старый недобрый приятель Вагит Валиев со словами "заезжай за мной во Владимир". С персонажа идеального Андрея Панина, по сути, начинается что-то серьёзное, а именно – понятия. С каким ледяным чувством в кадре произносятся "мусор" и "урка"! С какой волчьей мудростью Валиев развивает свою игру! И как сплочённо все мы, россияне, в каких бы зверских отношениях не были, болеем друг за друга в борьбе с внешней угрозой. В среднеобразовательных боевиках, вроде "Боя с тенью 2", это самый главный повод для радости – стискивать зубы за доброго паренька из соседнего двора.

Режиссёр-дебютант Антон Мегердичев, которого искали почти полгода, и нашли на телевидении, где он прославился, как правая рука Леонида Парфёнова, а самое главное, работой над документальным саспенсом "Убить Кеннеди", на пару с оператором Кончаловского-джуниора Антоном Антоновым, взаимодействуют, как вода и камень. Первый радеет за достоверность (тюремные интерьеры, быстрые планы, застывшая кровь на руках Артёма), второй вмешивается камерой в физический ход событий ("концепт" на Театральной площади, сумасшедшие драки в ринге). А мы, горячие головы, за третьего, – радуемся исходу действия, как Вика очередной плюшевой живности для её коллекции.

Премьера в России – 18 октября 2007.