Оценка завышена на пол-балла для пущей объективности, так как дана весьма впечатлительной особой. Хоть режьте, хихикать, когда у живых людей тянут из живота кишки и жрут на глазах, откусывают носы, отгрызают руки и ноги и прочая, и прочая – ну, нет. Пусть кто-нибудь другой... Но, поскольку покинуть зал во время кровавого побоища тоже не захотелось, есть уверенность, что «других» окажется много. Более-менее толстокожая публика на пародийном хорроре новозеландского клипмейкера Джонатана Кинга будет смеяться, не переставая.

Клипмейкер, как ни странно, оказался прекрасно подкован по части кино и его истории. С одной стороны, ужастик вовсе не трэшевый. Он снят качественно, включая всю новозеландскую «туристическую» мифологию, которая, конечно, была первым предметом пародии. Но она и гарантировала от трэша. Зеленые долины, влажные заросли, голубой океан, аккуратненькие коттеджи – в общем, мечта поэта. И в этой «мечте» натурально нагнетается ужас со всеми положенными этапами. Случайно заехавший младший брат, пара эксцентричных «зеленых» – и восстание овец-мутантов, пожирающих все на своем пути. Будут и страшная биолаборатория, яма с отбросами, бензопила и черный подземный тоннель, ночная осада дома и, наконец, апофеоз презентации на лужайке. Овцы-гомункулусы будут выпрыгивать из пробирок, покажут лужицы останков съеденных лаборантов, а просто покусанные приезжие будут медленно, но верно мутировать в парнокопытных.

Но ни на секунду нельзя относиться ко всему этому серьезно. Все положенные этапы перечисляют на деле всевозможные штампы хоррора, доводя их до абсурда. Бедные овечки – идеальная модель «монстра», от Чужого до зомби, их бунт – идеальная «ужастиковая» ситуация, от Хэллоуина до Ямы и Пилы. А когда овца в грузовичке фанатично рулит на край пропасти – это вообще вспоминаешь шофера-убийцу из классического ужастика «Ленин в 1918 году» (1939). То есть и без воспоминаний смешно, так как спецэффекты на уровне. Но, взявшись за богатую новозеландскую мифологию, Джонатан Кинг уж решил копать до упора, и юмор его весьма интеллектуален. Фильм, «во-вторых», действительно ориентирован не на «Дом 1000 трупов» (2003) или «Хостел» (2005) – нет, много весомей ассоциации с пьесой «Носороги» (1959) Ионеско и «Свинарником» (1969) Пазолини. Овцы еще и насилуют... И овец тоже можно насиловать... А раздвоенное копытце у одного из протагонистов – копия «О, счастливчик!» (1973). Кстати, видны в фильме также библейские мотивы.

Кингу здорово помогли актеры-дебютанты. Он верно сделал ставку на типажи, и особенно удачны бабка-нянька (Глэнис Ливстэм), стерва-завлаб (Тэнди Райт) и старший брат Каин (Питер Фини). На какое лицо не взглянешь – оно самоигральное, как и другие части тела. Положительный факт, что собачку не съели. В целом единственный промах – что не развита линия той овцы, что мутировала в гуманоида. То есть все стали злые и страшные, а одна, со вкраплением человеческой спермы, родилась белым ангелом с красивыми глазами. С ней в финале вообще можно было достичь катарсиса, как в греческой трагедии. Но режиссер, видно, для компактности результата наступил на горло собственной песне.

Премьера в России – 6 сентября 2007.