Но и другие не согрешат против истины, если внезапно решат, что в этой комедии интриг главной становится даже не гениальная Джулия Лэмберт, а дух престарелого режиссера-демиурга Джимми Лэнгтона. Страстный и проникновенный, тщеславный и неотразимый, он повсюду сопровождает свою великую протеже, поражаясь, сколь идеально она усвоила его наставления не быть на сцене естественной, но только ей казаться. Джимми – словно альтер-эго Сабо, всегда тонко чувствовавшего взаимосвязь фантазии и действительности и учившего нас, где иллюзию можно если не ставить над реальностью, то хотя бы на один с ней уровень, потому что театр и актеры однажды становятся серьезны и важны настолько, насколько важным и серьезным становится сам мир.

Неудивительно, что об этом Сабо рассуждал и в одной из лучших своих лент – "Мефисто" (1981), и в предыдущем англоязычном проекте "Мнения сторон" (2001), пытаясь выяснить, где начинается ответственность художника перед этим миром и где ее пределы. Неслучайно и то, что события этих лент отнесены в 40-е, отметившие коренной перелом эпох и навсегда изменившие облик вселенной актеров и простых людей. А в "Театре" мир уже стоит на краю глобальной катастрофы, еще шутливо отказываясь принимать грядущее и развлекаясь прихотливыми сценками из жизни великих лицедеев.

И не верьте, если кто-то скажет, что "Театр" – это прихоть мэтра, решившего изменить себе и расслабиться, наблюдая, как миссис Джулия Ламберт готовит месть конкурентке, уверенно разделяя собственные чувства здесь, в реальности, и там – на сцене.