ПЯТЬ ВОПРОСОВ РЕЖИССЁРУ «МЁРТВЫХ ДОЧЕРЕЙ» ПАВЛУ РУМИНОВУ

«Мертвые дочери» – один из самых загадочных отечественных кинопроектов последнего времени. «Сначала они умерли. Потом разозлились. Потом пришли в ярость...» Тизеры и трейлеры фильма даже не пытаются приподнять завесу тайны, а, наоборот, еще сильнее запутывают зрителя, обещая непонятное, но определенно красивое зрелище. Режиссер эстетского хоррора «Мертвые дочери» Павел Руминов ответил на пять вопросов «Интересного Кино», чтобы хоть как-то прояснить ситуацию...

1. Что заставило Вас обратиться к жанру хоррора?

Павел Руминов: Стремление платить за квартиру, делая то, что я хочу делать, чтобы не чувствовать себя бесполезным для мира. Но «Мертвые дочери» - не хоррор в чистом виде. Завязка фильма навевает мысль об этом, но иногда все не совсем так, как кажется. Хотя, конечно, фильм относится к семье жанров, куда входит и "хоррор". Можно назвать это ghost story, историей про призраков, квайданом. Можно мистическим тин-триллером со структурой "Магнолии".

Чистый, незамутненный хоррор я сейчас снимал для проекта "Путевой обходчик", куда меня пригласили сделать несколько дополнительных сцен, там есть моменты в итальянском вкусе: вырезание глаз, манипуляции с киркой, убийца в маске. Кому не хватит этих чудес в "Дочерях", может дождаться "Обходчика". Плюс американская версия "Дочерей", безусловно, разовьет линию классического хоррора, там будет другая история. [Права на римейк картины «Мертвые дочери» приобрела голливудская компания «Gold Circle», выпустившая такие фильмы, как «Белый шум» и «Скользящий». Прим. – «Интересного Кино»]

2. Почему Вы думаете, что именно Ваш фильм напугает невозмутимого русского зрителя?

Ни один Хичкок с Ардженто никогда не переплюнет даже пьяного мужика, вываливающегося на вас в темном подъезде с бутылкой наперевес. У меня нет задачи пугать русского зрителя. У меня есть желание что-то дать своим фильмом. Себе, своей группе, людям. Несколько минут сильных впечатлений, несколько мыслей, несколько прекрасных кадров.

3. Какой хоррор-фильм произвел на Вас наиболее сильное впечатление?

В юности – "Чужой", "Нечто" и, например, "Случай с корзиной". Позже – "Ночь охотника", "Носферату", "Квайдан", "Абсолютная грусть", "Кроваво-красный". "Звонок", несмотря на свою суетливую судьбу – отличный образец мудрого японского кино.

4. Чего Вы боитесь больше всего в жизни?

Умереть. Умереть, не сделав того, что я должен сделать. Страх за сына. Страх, что при печати копии произойдут какие-то сбои, и фильм погибнет. Страх благополучия. Страх забвения. В общем, я нормальный человек. Со мной все в порядке.

5. Собираетесь ли Вы в будущем снимать новые хорроры, или это был только эксперимент?

В мире кино ты не можешь нажать кнопку, которая переведет тебе деньги на счет, как только у тебя возникла хорошая идея или как только ты закончил сценарий. Я не знаю, какой будет жанровая оболочка моего следующего фильма, но в любом случае это будет только та история, которая захватит меня и даст мне силу провести год или два на этой военной службе – на производстве кинокартины. Но в любом случае это будет интересная и неожиданная история. Я хочу в своей стране заслужить право работать рассказчиком историй. Это важная и вечная профессия, и я каждый день в меру сил учусь ее секретам.

В широкий российский прокат фильм «Мертвые дочери» выходит 1 февраля.

Дмитрий ГОРШКОВ

29.01.2007